«Предложение джентльмена»
Джулия Куин

Предложение джентльмена
Джулия Куин

Бриджертоны #3
Перед вами – самая забавная, самая романтичная версия «Золушки», которая только может существовать в жанре любовного романа!

Это история юной Софи Бекетт, сбежавшей от коварной мачехи на бал-маскарад – и повстречавшей там совсем не принца.

Потому что легкомысленный повеса, ловелас и покоритель сердец Бенедикт Бриджертон может, конечно, открыть для неопытной девушки двери в соблазнительный мир пылкой страсти, но вряд ли способен принять на себя роль спасителя. Или… способен? Ведь настоящая любовь творит чудеса!..

Больше интересных фактов об этой книге читайте в ЛитРес: Журнале (https://journal.litres.ru/gremuchaya-smes-britanskoj-klassiki-i-sovremennyh-realij-tak-li-horosh-skandalnyj-serial-bridzhertony-ili-eto-lish-razdutyj-hajp/)

Джулия Куин

Предложение джентльмена

Пролог

Все знали, что Софи Бекетт незаконнорожденная.

И всем слугам было об этом известно. Но они любили малышку Софи. Они полюбили ее с самого первого дня ее появления в Пенвуд-Парке, когда дождливой июльской ночью обнаружили на пороге дома трехлетнюю крошку, закутанную в огромное пальто. А поскольку они любили ее, то сделали вид, что поверили шестому в роду Пенвудов графу, когда тот сообщил им, что Софи – осиротевшая дочь его старого друга. И хотя все заметили, что зеленые, как мох, глаза Софи и темно-русые волосы – точь-в-точь как у графа, овал лица – как у его недавно умершей матери, а улыбка – точная копия улыбки его сестры, никто об этом и словом не обмолвился из жалости к Софи и из боязни лишиться места.

Граф, Ричард Ганнингуорт, никогда не говорил ни о самой Софи, ни о ее происхождении, однако ему наверняка было известно, что она незаконнорожденная. Никто не знал содержания письма, обнаруженного экономкой в кармане пальто в ту самую дождливую полночь: граф сжег его тотчас же по прочтении. Понаблюдав за тем, как бумага вспыхнула, обуглилась, съежилась и рассыпалась в прах, граф приказал приготовить для Софи детскую. Там она с тех пор и жила. Он звал ее Софи, а она его – «милорд», и встречались они, только когда граф возвращался домой из Лондона, что бывало нечасто.